Алексей Арестович. Фото из личного архива
Алексей Арестович. Фото из личного архива

Алексей Арестович: «Русской оппозиции не за что извиняться»

Военно-политический обозреватель и общественный деятель Алексей Арестович в эфире программы «Воздух» на канале «Ходорковский Live» рассказал, почему не любит термин «хорошие русские», что надо делать русской оппозиции, почему он не обижается на анекдоты про себя и как пойдет дальнейшее контрнаступление Украины.

На форуме Свободной России, который прошел в Таллинне в начале октября, Алексей Арестович заявил: «Больше всего мне не нравится в российской оппозиции постоянное извинение за слово «российская», вот эта вот навязанная виктимность в стиле: ну извините, что мы русские. Для меня настоящий фашизм — это записывать всех русских в фашисты. Российская оппозиция должна стоять в полный рост, смотреть прямо с раскрытыми глазами, ни за что не извиняться. Наоборот — вы герои, друзья. С моей точки зрения вы — герои. Выступать против путинского режима в таких условиях в России и за пределами России — надо быть людьми с очень крепким стержнем внутри и очень любить Россию. И очень любить свободу. За что извиняться?».

«Это что за свинство такое?»

— 2 октября вы выступали в Таллине на Форуме свободной России и участники форума окрестили ваше выступление даже мотивационным тренингом для «хороших русских», а одна из фраз разошлась по прессе, по соцсетям России: «Оппозиция не должна стесняться того, что она российская». Ну и еще о свободе, которая, например, могла бы выражаться в том, что россияне не обязаны отвечать «Героям слава!» на приветствие «Слава Украине!». Вы ведь всего этого могли бы и не говорить, чтобы потом вам со всех сторон не прилетало. Так зачем? Это политический ход? И на какую аудиторию он направлен тогда?

— Нет, это совесть. Я если и войду в историю как политик, то войду как политик нового типа, который не пытается говорить [какие-то] вещи, чтобы понравиться. Я говорю по совести. Я иду на органике и я ничего не буду делать для того, чтобы технически и технологически получить какое-то преимущество. Нет, я говорю, как я думаю. Тем более, выступая с людьми в таких, да и в любых условиях. Люди, которые борются с режимом Путина — что им там врать или еще что-то. Это неправильно.

Я вам больше скажу: «хороший русский» — это сволочной термин, который придумал один нехороший человек какой-то, я не знаю, кто его автор. Потому что [выражение] «хорошие русские» предусматривает по умолчанию, что все русские плохие и среди них попадаются иногда, один на миллион, хорошие русские. Это что за свинство такое?

«Зашуганные люди историю не меняют»

— Не могли бы вы рассказать свои взгляды на российскую оппозицию, которая в эмиграции и в застенках Путина находится? Насколько я понимаю, они довольно серьезно отличаются от взглядов в целом, преимущественно, которые есть в Украине. В том смысле, что вы считаете российскую оппозицию довольно важным игроком на политическом поле.

— Смотрите, в Украине не от хорошей жизни все это кудахтание и попытки изобразить, что русские — это навоз под ногами. Это травма войны. Травма войны, которая разнообразным образом сказывается, плюс историческая травма, плюс наша лубочная пропаганда, плюс нежелание всерьез разбираться в вопросе, плюс нелюбовь к сложному мышлению. Как всегда, у людей, которых бомбят, убивают, расстреливают, насилуют и все, что наделала российская армия в Украине.

Но. Это могут позволить себе кто? Ну, люди попроще, скажем. Это может позволить себе массовое сознание. Но мы с вами не можем себе позволить, разбираясь в нюансах, которые носят политическое, а дальше и историческое значение. Если бы вся российская оппозиция была в 20 раз слабее, чем она есть сейчас, все равно с ней нужно было бы работать. Все равно.

Даже давайте теперь таким макиавеллизмом займемся, абсолютно циничным, избегнем точки зрения совести и посмотрим с другой стороны. Ну представим себе, что мы абсолютные циники. Если мы не работаем с российской оппозицией, то свято место пусто не бывает, с ней кто-то будет работать. А этот кто-то будет работать в украинских интересах так, как мы их понимаем?

Второй вопрос: куда он поведет российскую оппозицию? Неизвестно. И даже если там микронное влияние, то умные люди борются за увеличение друзей, союзников во время войны, и точно не работают на увеличение врагов и нейтральных. Поэтому отказываться — это очень большая глупость.

Одна из наших главных глупостей в том, что мы, например, отказываемся на международных площадках сталкиваться с представителями путинского режима, потому что мы им проигрываем. У нас принято так с гордо поднятой головой уходить оттуда, где они, и мы так оставляем за ними полемическое поле и они в этом поле благополучно себя чувствуют. А наши аргументы никто не слышит. 

Вообще это абсолютно детское, инфантильное поведение, которое доминирует в украинской политике, такое — детский сад, шестая ясельная группа. Обижусь, не обижусь, сказали, не сказали, а он там вот такое слово употребил, а вот такое сочетание. Вот хватания за слова — средний психологический возраст такого поведения — это 4-6 лет. Мы не можем так делать международную политику, да еще в ситуации крупнейшей войны в Европе после Второй Мировой.

Поэтому с русской оппозицией нужно работать, но моя оценка выглядит так. Первое: русская оппозиция абсолютно разобщена. Русская оппозиция вязнет в таких кулуарных дрязгах, очень мелких, и русская оппозиция, я об этом уже говорил, все время извиняется за то, что она русская. То есть это поведение затравленных людей в массе своей. Затравленных в России, затравленных в Украине, которой они теперь старательно хотят понравиться как затравленные люди, и, в принципе, зашуганных в Европе и в мире, потому что на русских сейчас реагируют определенным образом.

Именно поэтому от них требуется поведение, принципиально противоположное тому, которое они демонстрируют. Потому что быть зашуганной, дерганной жертвой — это не то, что нам надо. С таким настроением мы не решим политические задачи, не преобразуем Россию, понимаете? Не выберем эту самую свободу ни для себя, ни для всех других, ни для всего мира. Люди, которые способны изменить, трансформировать ситуацию в России — это может сделать только русская оппозиция, никто больше. Россию могут преобразовать только россияне и народы России. Потому что ни американцы, ни украинцы этого не сделают. И весь мир этого не сделает.

И это совсем другого качества люди [должны быть]. Это люди, похожие на Михаила Ходорковского скорее, человека железной воли, дальнего понимания и очень четкого умения провести в жизнь то, что он думает. Исполненного достоинства, который не лебезит и не заискивает. Я на него посмотрел на форуме в Брюсселе и я могу вам сказать, что, ну, вот это глыба. Я предлагаю равняться на него.

Каждый, конечно, уникален, не надо всем быть Михаилом Ходорковским, каждому надо сохранять свой темперамент, свой взгляд на вещи и так далее. Но наберитесь достоинства! Люди без достоинства не могут производить исторические и политические преобразования такого масштаба. Зашуганные люди историю не меняют. Вам не за что извиняться, еще раз скажу. Вам не за что извиняться, вам есть что делать, вы люди, которые взяли на себя труднейшую историческую задачу вообще в этой эпохе — менять Россию. Получится, не получится —  неважно, вы ее взяли. Так по ответственности и достоинство.

«Их надо в топку истории всех собрать»

— Это, конечно, приятно слышать и мне, и нашей аудитории и, я уверена, было приятно слушать тем, кто был на форуме. Но о последствиях для вас. Вы сами рассказали в твиттере, что есть депутаты, в том числе от правящей партии Украины, которые угрожают вам уголовным преследованием. За что конкретно? Это только разговоры или вполне реальные угрозы? Ну просто будет анекдот какой-то, если вы пострадаете за хороших русских.

— Ну, судя по той информации, которая мне доносится из Украины, угрозы более чем реальны. То есть это кулуарный сговор в Верховной Раде между представителями разных фракций и так далее.

Второй момент: наши депутаты в большинстве своем — за редким исключением, там есть приличные люди — это перепуганное стадо вот этих 4-6-летних детей. Абсолютно инфантильных, абсолютно не понимающих свою роль и раздувающихся, как жабы, от величия того, что они у нас считаются  аж государственными деятелями и так далее.

Обычный украинский депутат средний — это уровень нашкодившего школьника, за которым нет ни принципов, ни совести, ни этики. Средний депутат  —  это коррупционер, средний депутат — это человек, который «порешает», средний депутат — это человек, который не перешел учебник истории пятого класса в своем сознании. Он ничего не понимает, знать не хочет и у него раздутое, как у жабы, эго до невозможности, вот-вот лопнет. И он очень падок на лесть и реакцию толпы.

Вот я иду против толпы, для сравнения, я не потакаю ей, а они очень пытаются понравиться, во всем. И качество парламента очень низкое. Я вчера у Дмитрия Гордона в передаче привел пример: у нас до сих пор не разделены обязанности министра обороны и главнокомандующего. Это ключевой вопрос обороноспособности на законодательном уровне нашей страны. Они полтора года не могут этот вопрос решить. Хотя законопроект готов, его уже рассматривали, но зато сговариваться против Арестовича, который что-то там сказал про хороших русских, у них времени хватает. Вот это вам качество депутатского стада.

Им бы нормативную базу менять, она абсолютно не приспособлена ни к ведению войны, ни к реформированию страны, ни к поствоенной реконструкции — ни к чему. То есть у нас основная тяжесть и препятствие к росту — это наши нормативные законы. Нормативная, законодательная база, прямая их ответственность. Все запутано, один закон запрещает другой, 76 процентов законов, подающихся в Верховной Раде, согласно регламентному комитету, противоречат Конституции Украины — вот вам качество депутатского корпуса. А они гоняются за сексистскими выражениями Арестовича, или за его частным выступлением на каком-то форуме.

Ну что можно говорить об этих людях? Об этих людей можно вытереть ногу, как будто ты заляпался в навозе, это все, что можно с ними сделать и другого там делать нечего с ними. Их надо в топку истории всех собрать за редким исключением, потому что везде есть приличные люди — даже среди народных депутатов Украины,  как ни сложно повторять эту фразу.

«Согласно теории Фрейда я должен вызывать сильное чувство»

— Кстати про ваши комментарии Гордону, среди прочего я прочла, что в Украине уже про вас есть анекдоты и это признак суперпопулярности. Я погуглила и нашла довольно обидный анекдот. Не так, как про Штирлица или Чапаева. Вам не важно в данном случае, обидный или нет?

— Это абсолютно неважно. Смотрите, если клиент тебя не ненавидит или не любит, значит ты плохо с ним работаешь. Я же в терапевтической позиции часто нахожусь, в том числе, массово терапевтической по отношению к обществу. И согласно теории переноса Фрейда я должен вызывать сильное чувство, сильную ненависть или сильную любовь. Какие формы оно приобретет неважно, потому что ненависть — это просто переформатированная любовь, это повышенное внимание, глубинный интерес.

Просто люди, подавляющее большинство людей, реагируют из травмы. Есть личные травмы, есть коллективная травма войны и так далее. И задача человека, который в терапевтической позиции, эти травмы массировать. Потому что это лечение.

Но как реагирует человек, которому массируют больное место или очень больное место? Он либо тебя начинает любить, потому что понимает, что ты его лечишь. Как Женя Лукашин [говорил]: да, я хирург, я часто делаю людям больно, чтобы им потом было хорошо. Вот есть умные люди, которые понимают, что потом будет хорошо, а есть глупые люди, которые кричат и топают ногами, потому что они дети. Взрослый человек у стоматолога может терпеть, понимая, что его лечат, а ребенок будет топать ногами и кричать, потому что он маленький, потому что ему делают больно прямо сейчас. И это выражается в символических привязках и так далее.

Я вам скажу так: дизлайки — это лайки, только дизельные. И это все как бы, все эти анекдоты, которые обидные, это же, ну, попытка как бы обесценить, отрицать для того, чтобы избавиться от воздействия, которое я на них оказываю. Что такое власть — это влияние.

«Поддержка Запада уже не будет прежней»

— Есть одна важная тема, по поводу которой не могу с вами не поговорить, потому что всю осень это фактически главная тема — результаты украинского контрнаступления, которые не оправдали ожидания международной общественности. Как вы оцениваете результат и значит ли, что в сезон наступления дождей, а потом и холодов, продвижения украинской армии серьезного ждать не стоит?

— У нас три задачи было: уничтожение российской армии, сохранение боеспособности нашей армии и только потом территориальное приобретение. Просто люди не понимают первых двух задач, они меряют метрами захваченными и километрами. Первую задачу мы решаем очень успешно, вторую — относительно успешно и третью — менее успешно.

Весь Южный фронт российский держится на двух нитках железнодорожного снабжения, это Крымский мост, железная дорога, и дорога от Волновахи в Мелитополь. Если мы перережем хотя бы верхнюю, дальше падение Южного фронта будет вопросом времени. Как дальше этот Южный фронт падет — это зависит от снабжения, которое будет идти с Запада и нашей способности формировать новые подразделения, снабжать их, вооружать, в том числе нашим оружием, которое нам поступает.

Но здесь есть нюансы, потому что, очевидно, общим местом уже стало то, что поддержка Запада уже не будет прежней. Какой именно — посмотрим, но вряд ли она будет прежней в финансово-материальном отношении. Поэтому осень — это время пересмотра глобальной стратегии для Украины, радикальной в том числе стратегии дальнейшего наступления. Но если мы не перережем дорогу, вот эту северную Волноваха-Мелитополь, то, считайте, зря наступали. Поэтому мы эту задачу все равно должны будем решить. Мы, скорее всего, будем ее решать пока не решим. 

«Полигон» — независимое интернет-издание. Мы пишем о России и мире. Мы — это несколько журналистов российских медиа, которые были вынуждены закрыться под давлением властей. Мы на собственном опыте видим, что настоящая честная журналистика в нашей стране рискует попасть в список исчезающих профессий. А мы хотим эту профессию сохранить, чтобы о российских журналистах судили не по продукции государственных провластных изданий.

«Полигон» — не просто медиа, это еще и школа, в которой можно учиться на практике. Мы будем публиковать не только свои редакционные тексты и видео, но и материалы наших коллег — как тех, кто занимается в медиа-школе «Полигон», так и журналистов, колумнистов, расследователей и аналитиков, с которыми мы дружим и которым мы доверяем. Мы хотим, чтобы профессиональная и интересная журналистика была доступна для всех.

Приходите с вашими идеями. Следите за нашими обновлениями. Пишите нам: [email protected]

Главный редактор Вероника Куцылло

Ещё
Валерий Соловей, политолог
Валерий Соловей: «Элиты пришли в движение»